Вчера польский человек Радослав Сикорский разошелся.
"Если бы Россия напала на нас и мы перестали себя сдерживать, думаю, мы довольно быстро разгромили бы Россию. У нас подавляющее превосходство над Россией в воздушной мощи.
Совет государств Балтийского моря, даже без остальных стран Европы и НАТО, имеет более высокий ВВП, чем Россия, и больший оборонный бюджет в мирное время, чем Россия тратит на оборону в военное время".
В этой связи вот что вспомнилось. Было дело, что Варшава оказалась на территории Российской империи после разделов Польши.
Это случилось не просто так, а стало результатом деградации элит, конфликта между ними, дикого раскола между католическим и даже не православным, а униатским населением. Все это продолжалось почти сто лет, а одним из решающих гвоздей в крышку польской независимости стало восстание Барских конфедератов.
Восставшие магнаты и шляхтичи, собравшиеся в городе Баре, если кратко, считали, что польский король стал слишком пропутинским пророссийским, вообще рохля и чмоня, и надо его срочно свергать. Король Виктор Владимирович, Виктор Федорович Станислав-Август Понятовский свергаться не захотел, он хотел дальше править изображая пророссийского политика и устраивая политические шашни с французами. Знакомо, да?
Он тут же, как принято говорить нынче, зетнулся, обратился за помощью к Петербургу, понятное дело. С просьбой помочь ему провести специальную военную операцию зачистку бунтовщиков. Говорят, не знаю, правда ли, но он в конце обращения написал "огонь по сраному хутору, пшепрашем, каждое ядро совершенно оправдано".
Россия отправила войска. Ну а один из лидеров конфедератов Казимир Пулавский написал воззвание. Там были такие слова:
"Вспомним, что было время, когда этот гнусный народ всегда убегал пред нашими предками; что его цари преклонялись пред нашими королями; что его провинции стали нашими"
Русских Пулавский сравнивал с животными, "стойкими, но послушными, которые, не рассчитывая ни на какой личный интерес, будут ли они победителями или побеждёнными, повинуются только страху плети и наказанию". Ну и чувство доблести и чести, русским тоже не знакомо. Ну то есть нынешний Сикорский, как тот Пулавский, только Сикорский. Традиция, впрочем.
А потом в Польшу пришла пехотная бригада ( Суздальский, Смоленский и Нижегородский пехотные полки) под командованием нашего дорогого Александра Васильевича Суворова, в составе корпуса генерала Нуммерса. Генерал-аншеф Иван Петрович (он же Франц Иоганн фон) Нуммерс, был как вы понимаете, друзья, из немцев. Что как бы несколько иронично: русский и немецкий (по происхождению, конечно же) военные вместе, и в Польше, if you know what I mean.
Ну и после первого же боя конфедераты поняли, что чуть ошиблись насчет русских. Суворов разгромил встречный отряд, с ходу уничтожив более 300 солдат противника, русские потери составили несколько раненых. Нет, конфедераты воевать умели. Суворов войну с ними проанализировал в отдельной работе. И русские войска они порой трепали изрядно. Но чаще всего от Суворова приходили такие донесения:
"Накопившихся пленных человек 60 отправляю я в Красностав с ротою пехоты и пушкою, а сам гонюсь далее. Замосць освобожден, пулавцы рассеяны, убытку нам мало, по щастию вашего высокопревосходительства".
Суворов разгромил и бразильских наемников с американскими инструкторами французского генерала Дюмурье, который воевал за поляков. А Франция, кстати, финансировала конфедератов, да и те провели переговоры с турками, пообещали отдать им за военную поддержку Волынь и Подолию. Турция начала войну против России, но русские войска турок разгромили тоже. По традиции.
Ну и вот в итоге, русские войска вошли в Варшаву, а потом и Польша вошла в состав империи.
Но поляки, честно сказать, историю учат плохо. Я не шучу. Не то чтобы плохо знают события. Просто в основе восприятия исторического процесса у них лежит ресентимент. Все виноваты в том, что не стала Польша великой империей, от моря до моря. Отсюда и нынешние завывания.
