глава 1: молчание
Всё началось в тишине — тишине, которая окутала наш завтрак, заменив привычные разговоры о планах на день. Маша, моя любимая, смотрела в окно, словно там происходило что-то более увлекательное, чем моя жареная яичница.
«Маш, всё в порядке?» — спросил я, подливая ей кофе. Она вздрогнула, как будто очнулась от глубоких мыслей. «Да, всё хорошо. Просто задумалась». «О чем?» «О работе. Новый проект, сложный».
С каждым днем она всё больше говорила о своей работе. Раньше она делилась со мной смешными моментами, интересными историями, но теперь вес её проблем казался непосильным. Я списывал это на усталость, забывая, что она — успешный архитектор, а я всего лишь владелец небольшой столярной мастерской.
Но вскоре стали появляться детали... Новый дорогой парфюм, частые «деловые ужины», её телефон, который она всегда ставила экраном вниз. Однажды, обнимая её, пока она мыла посуду, я почувствовал, как она напряглась, будто ей нужно было время, чтобы вернуться к реальности со мной.
«Не принимай всё близко к сердцу», — твердил я себе.
глава 2: откровение
Спустя две недели произошёл поворот. Я работал над восстановлением старого дубового комода, когда в кармане её куртки нашёл чек из дорогого ресторана. На него была записана еда на двоих. Имя официанта и приписка: «Для Анны и её спутника». Сердце замерло.
В тот вечер я оставил чек на столе, когда Маша вошла с покупками. Улыбка на её лице исчезла, как будто её стерли. «Саша, я могу объяснить». С трудом я выслушал её. Она якобы использовала имя Анны для деловых встреч и не могла сказать «нет». Я провёл над ней допрос, но всё, что она говорила, звучало правдоподобно.
глава 3: неожиданное открытие
Доверие, как известно, легко разбить, но сложно восстановить. Мой друг Игорь посоветовал проверить совместный банковский счет. Я зашёл в интернет-банк и увидел регулярные списания на имя Виктора Калинина. Комментарий к переводам: «на лечение». Кому? Почему? За что она меня скрывала?
На следующий день в мастерской я начал искать старые вещи Марии и наткнулся на резную шкатулку, которая была заперта. С помощью инструментов я открыл её. Внутри нашёл фотографии, письма и свежую медицинскую карту на имя Виктора. На ней стоял диагноз: хроническая почечная недостаточность. Это был её отец, о котором она всегда говорила, что он «мертв» для неё.
Это предательство казалось невероятным: она скрывала ту самую жизнь, которую ненавидела. Я не знал, как дальше жить с этой правдой.
