В России вновь заговорили о возвращении строгих мер к коррупционерам, и инициатором этой идеи стал глава Следственного Комитета Александр Бастрыкин. На недавнем заседании коллегии он предложил радикальную меру: полную конфискацию имущества в пользу государства для тех, кто оказался замешан в коррупционных делах.
Это предложение моментально нарисовало бурную реакцию в обществе. Как сообщает информационное агентство ТАСС, в 2025 году количество подсудимых по делам о коррупции достигло 617 человек, среди которых не только депутаты, но и следователи и прокуроры. Бастрыкин акцентировал внимание на важности активизации работы по выявлению имущества, подлежащего аресту.
Коррупция и имущество
Однако в этом контексте возникает важный вопрос: почему государство зачастую не проверяет сделки, связанные с отчуждением имущества, которые могли произойти до объявления о банкротстве? Когда речь идет о простых гражданах и малом бизнесе, обеспечительные меры применяются даже задним числом. Почему такая практику не распространяется на «уважаемых» людей, которые могут переписать или продать свое имущество перед возможной конфискацией?
Бастрыкин справедливо отметил, что существующие механизмы конфискации не соответствуют современным требованиям. Они продолжают быть слишком мягкими, что позволяет значительным суммам убежать за границу в неизвестном направлении. Учитывая, что налоги для простых граждан и малого бизнеса увеличиваются, государство должно ответственно относиться и к более влиятельным особам, иначе возникнут вопросы о справедливости.
Ужесточение мер в отношении мигрантов
На заседании Бастрыкин также затронул тему мигрантов, которые получили гражданство России. Он предложил расширить список преступлений, за которые можно лишить принятое гражданство. Если натурализованные граждане совершают тяжкие преступления, это подрывает доверие общества к институту гражданства.
Существующая судебная практика должна измениться: лишение гражданства должно стать обязательным последствиям для тех, кто совершает дурные дела. В противном случае, если подход не изменится, возникает резонный вопрос: кого именно в страну привозят в таком количестве?
